Аварский и даргинский кланы объединяются

Несмотря на массированную атаку силовиков на дагестанские кланы, судя по всему, Дагестану не суждено полностью от них освободиться. Поскольку в огромной степени кланы – не столько сплоченные корпорации коррупционеров, сколько некие аналоги европейских политических клубов или даже партий.

 

С огромным налетом дагестанской специфики. При этом, в последнее десятилетие наблюдается такая тенденция, как размывание узко-национального характера самых влиятельных кланов в республике. В 90-е годы, кланы только поднимались и рвались к власти.

Тогда они вынуждены были ограничивать свой круг только представителями своей национальности или своего сельского джамаата. Это давало необходимый уровень сплоченности и обеспечивало необходимую поддержку со стороны своих земляков – в родных селах и районах.

Однако, как только кланы во власти укрепились, они начали отходить от узко-национального характера самоорганизации и начали включать в свой круг и представителей других национальностей или более мелких групп влияния.

Превращение кланов в квази-партии

И чем больше узко-национальные кланы становились более многонациональными, тем больше они теряли характер собственно клановый, и приобретали характер этно-политических квази-партий.

К примеру, в команду главы Пенсионного фонда Дагестана Сагида Муртазалиева были включены не только выходцы из родного ему Цумадинского района, и не только близкие родственники.

К примеру, представителями этой группы влияния, или квази-партии, были кумык Джамбул Салавов – глава Хасавюртовского района, лакец Ризван Курбанов – ныне депутат Госдумы России, русская Марина Абрамкина – глава Тарумовского района.

Кроме того, одними из самых интернациональных были квази-партии даргинцев - бывшего главы Госсовета Дагестана Магомедали Магомедова и бывшего главы Махачкалы Саида Амирова.

При всем этом, ядром подобных квази-партий еще долгое время оставались как-раз таки сплоченные кланы в чистом виде. К примеру, самая могущественная некогда в Дагестане квази-партия Магомедали Магомедова втягивала в свою орбиту многие кланы и группы влияния республики.

Квази-партии Магомедали Магомедова и Саида Амирова

У квази-партии Магомедали Магомедова было сплоченное ядро, которое принято называть левашинским кланом – по названию селения Леваши, откуда сам глава клана был родом.

Однако на пике своей влиятельности этот клан, по мере присоединения к нему других кланов, вступления в стратегические союзы с другими группами влияниями и политиками, превратился в самую влиятельную квази-партию.

В ее орбиту постоянно вовлекались лидеры других кланов – клан бывшего главы Махачкалы Саида Амирова, клан руководителей республиканского Минфина братьев Гамидовых, клан сенатора Ильяса Умаханова и т.д.

Распад этой самой могущественной квази-партии начался с отходом ее лидера – бывшего главы Госсовета Дагестана Магомедали Магомедова от руля управления республикой, а также с задержанием и отстранением от власти главы Махачкалы Саида Амирова.

На сегодня эта распавшаяся квази-партия снова снизошла до уровня своего сплоченного ядра – левашинского клана, объединяющего узкий круг земляков и родственников.

То же самое произошло и интернациональной квази-партией бывшего главы Махачкалы Саида Амирова, которая после его ареста распалась до уровня своего сплоченного ядра - джангамахинского клана. Название происходит от селения Джангамахи, откуда родом сам Амиров.

Мекегинский клан

С крахом двух влиятельных квази-партий, в основе которых были даргинские кланы – левашинский и джангамахинский, в Дагестане начала стремительно наращивать влияние новая квази-партия, в основе которой лежит другой даргинский клан – мекегинский.

Название этого клана происходит от селения Мекеги, откуда родом братья Гамидовы. Старший брат – Гамид Гамидов был министром финансов Дагестана до 1996 года, когда трагически погиб от взрыва в клановой борьбе за власть в республике.

После него лидером клана стал его брат Абдусамад Гамидов, который наследовал за погибшим братом кресло министра финансов. А с приходом к власти Рамазана Абдулатипова был назначен премьер-министром Дагестана.

Представителем мекегинского клана является и недавно отстраненный от управления Махачкалой Магомед Сулейманов, приходящийся по материнской линии двоюродным братом премьер-министру республики Абдусамаду Гамидову.

Огромную роль в стремительном возвышении мекегинского клана сыграло конечно, отстранение от власти лидеров конкурирующих с ним кланами – леавшинского и джангамахинского.

Сегодня в близкородственное ядро этого клана входят:

• Абдусамад Гамидов, премьер-министр Дагестан

• Сиражудин Гамидов, брат Абдусамада Гамидова, депутат городского собрания Каспийска

• Магомед Сулейманов, бывший ио главы Махачкалы,

• Абдулмежид Сулейманов, глава Избербаша, двоюродный брат братьев Гамидовых и родной брат Магомеда Сулейманова

• Джамал Омаров, бывший глава Каспийска

Кроме того, как пишет газета «Новое дело», недавно ставший ио главы Махачкалы Муса Мусаев, выходец из Сергокалинского района, в этой должности будет представлять, как раз таки, интересы пролоббировавшего его на этот пост мекегинского клана.

Таким образом, как пишет «Новое дело», мекегинский клан приобрел еще одну ключевую должность в республике и сохранил прежние. Теперь, под влиянием формируемой этим кланом квази-партии оказались три города Дагестана – Махачкала, Каспийск и Избербаш.

Династийные браки укрепляют кланы

Кроме того, если не в ядро клана, то в его ближайшее окружение можно включать и вновь приобретенных родственников по династийным бракам. К примеру, многие аналитики к мекегинскому клану относят и аварца, главу Кизилюрта Магомеда Уцумиева, поскольку сын Уцумиева женат на дочери бывшего ио главы Махачкалы Магомеда Сулейманова.

При этом любопытно отследить, как в клановой среде решаются вопросы сохранения за собой ключевых постов. К примеру, когда бывший ио главы Махачкалы Магомед Сулейманов под давлением главы Дагестана оставлял этот пост, он выдвинул ключевое условие своего ухода.

Если главой Избербаша назначат его брата Абдулмеджида Сулейманова, который и так до этого возглавлял этот город в течение нескольких лет. Рамазан Абдулатипов это условие принял и вернул Абдулмежида Сулейманова к управлению Избербашем.

Другой пример. Ровно год назад, 19 августа 2014 года глава Каспийска Джамалудин Омаров, входящий в тот же самый мекегинский клан, подал в отставку после 16 лет управления городом.

Однако, сразу же после его отставки городским собранием депутатов был избран новый глава Каспийска – Магомед Абдуллаев, директор ЗАО ВКЗ «Избербашский», владелец развлекательного комплекса «Москва» в самом же Каспийске.

Что удивительно, новый глава Каспийска Магомед Абдуллаев приходится зятем подавшего в отставку главы Джамалудина Омарова. При этом, заместителем главы Каспийска является Джамал Абдулатипов – сын главы Дагестана Рамазана Абдулатипова.

В комментариях на сайте «Черновика» пользователь под ником Гость иронично писал по поводу смены главы Каспийска его зятем: «Исходя из того что клан Абдулатипова не стал возражать против передачи власти в Каспийске от тестя – зятю, то можно сделать вывод что клан Абдулатипова тоже входит в мекегинский клан».

На самом деле, как пишет «Новое дело», «глава Дагестана серьезно связывает свое будущее именно с мекегинской командой во власти». «По некоторым данным, в скором времени семьи главы Дагестана Рамазана Абдулатипова и премьер-министра Абдусамада Гамидова могу связать родственные отношения», - отмечает издание.

«Такой клан политически живуч и, конечно же, будет динамично развиваться. Уже сейчас они представляют собой серьёзное политическое ядро, которое может серьёзным образом переформатировать власть через три-пять лет, повлияв, к примеру, на результаты выборов в Народное собрание и Госдуму», - пишет газета «Черновик».

 

http://onkavkaz.com/news/172-avarskii-i-darginskii-klany-obedinjayutsja.html