Дагестан-Азербайджан. Почему игра все время идет в одни ворота?
Наличие огромного количества этнических дагестанцев - лезгин, аварцев, цахуров, рутульцев и некоторых других народов - в Азербайджанской Республике почти не влияет на характер взаимоотношений Дагестана с этой страной. В них, на наш взгляд, можно выделить два аспекта.
Две стороны одной медали
Первый – общероссийские интересы, при которых Дагестан отходит на второй план, а иногда им даже жертвуют. Например, ратификация договора от 2010 года о госгранице с Азербайджаном, в котором был проигнорирован голос жителей пограничья и обнажился целый ряд проблем, во многом совершенно неожиданных: распределение воды реки Самур и отсутствие реального контроля за водораспределительным узлом на ней, отошедшим к Азербайджану; драматическая судьба жителей российских эксклавов Храх-Уба и Урьян-Уба: потеря значительных массивов пастбищ или доступа к ним у хозяйств Докузпаринского района.
Второй – интересы дагестанской элиты, в которых также игнорируются интересы, как жителей Дагестана, так и соотечественников в Азербайджане. Более того, наблюдается совсем несимметричный характер взаимоотношений между Дагестаном и Азербайджаном, и дагестанская элита во многом является проводником такой однобокой политики.
Под этим мы подразумеваем довольно сильное политическое влияние Азербайджана на Дагестан, особенно на некоторые его южные районы, активное лоббирование его интересов (точнее, элиты этой страны) через общественные организации, республиканские и даже федеральные структуры, активное воздействие на информационное пространство, в том числе деструктивное (например, съемки псевдонаучного фильма «Дербент – один из древних городов Азербайджана»).
Одиночество дагестанцев в Стране огней
Ничего подобного не наблюдается в дагестанском направлении. Наоборот, созданное в г. Баку представительство РД в Азербайджанской Республике показало свое полное бездействие. Руководитель этой структуры Магомед Курбанов не наладил никаких взаимоотношений с общинами дагестанских народов и даже выполнял поручения руководства Азербайджана. К тому же тот факт, что эту структуру возглавил азербайджанец по национальности, еще раз свидетельствует о влиянии Азербайджана на Дагестан. Глава Дагестана Рамазан Абдулатипов, уволив Курбанова, заменил его Маратом Аскендеровым (кумыком по национальности), также далеким от вопросов налаживания взаимодействия с этническими дагестанцами в Азербайджане.
К большому сожалению, огромный спектр проблем, которые имеют лезгины, аварцы, рутульцы, цахуры в Азербайджане почти не находят отклика в Дагестане и России. Это и вопросы увеличения КПП на границе и создание льготного режима по пересечению границ для жителей пограничья. Особенно сильно страдают от этого лезгины, оказавшиеся разделенными пополам.
Государственная граница разрушила привычный уклад – свободное общение и перемещение внутри лезгинонаселенной зоны юга Дагестана и севера Азербайджана, экономический и культурный обмен, разделила большое количество семей. Вопросы поддержки культурно-языковых запросов этнических дагестанцев еще более масштабными.
Все голы в одни ворота
Азербайджан запрещает ввозить иностранные (в т.ч. российские) учебники, а внутри страны отсутствуют структуры, занимающиеся этими вопросами (академические институты, вузы, педколледжи, тем более подобие ДНИИ педагогики им. Тахо-Гади), а готовящий учителей лезгинского и аварского языков филиал ДГУ в Баку был закрыт в 2008 году. Реального обучения лезгинскому языку в школах Азербайджана, за исключением отдельных случаев, - нет, учебники в большинстве случаев отсутствуют, как и учителя, имеющие соответствующую специальность.
В Азербайджане фактически подавляется возможность проявлять свою этническую самобытность (вне крайне узких рамок) представителям дагестаноязычных народов и талышей, ставятся ограничения на общение на лезгинском в госучреждениях, запрещаются таблички и вывески на лезгинском языке, осуществляются репрессии в отношении активистов, о чем свидетельствуют правозащитные организации (см: Правозащитный центр Азербайджана, Правозащитный центр «Мемориал»), занижается реальная численность лезгинского и других народов, имеются другие формы дискриминации.
Однако в решении этих проблем, жизненно важных для лезгин и других этнических дагестанцев, Дагестан и Россия фактически не участвуют. Не ставится даже вопрос аккуратного выравнивания статуса дагестанских народов в Азербайджане со статусом азербайджанцев в Дагестане (последние относятся к одному из 14-ти титульных народов республики, а азербайджанский язык является государственным). Такое несимметричное положение со статусом и обеспечением культурно-языковых прав, а тем более с господдержкой в этой сфере, порождает сильное недовольство в первую очередь в среде лезгин, что, к сожалению, осложняет и межэтнические отношения.
Амиль Саркаров