Самым дотационным регионом в уходящем году, по данным Минфина, стал Дагестан: на его содержание федеральный бюджет потратил почти 47 миллиардов рублей. Однако глава региона Рамазан Абдулатипов вины республиканских властей в этом не видит. Всему причиной неэффективная работа федеральных институтов развития и госкомпаний, написал он 1 ноября в письме президенту Владимиру Путину (копия есть в редакции «Ленты.ру»).

Основная мысль многостраничного послания заключается в том, что, если бы не федеральные ведомства и крупные компании, республиканскому бюджету вообще не потребовалась бы помощь из госказны. Абдулатипов утверждает, что сокращение запасов углеводородов в республике происходит из-за нерасторопности Минприроды: слишком медленно проводятся аукционы по распределению новых месторождений. «Роснефть» при этом, как утверждает глава региона, «не проводит геологоразведочные работы в Дагестане и не инвестирует в бурение», а «Газпром» тормозит проекты своей дочерней компании в Махачкале по интенсивному использованию газа. Письмо было отправлено Путину за месяц до обсуждения в Госдуме вопроса о распределении дотаций между регионами на 2017-2019 годы. «Документ призван произвести на президента России впечатление того, насколько глубоко Рамазан Гаджимурадович понимает проблемы региона, как грамотно старается их решить и как правильно может распоряжаться федеральными деньгами», — говорит политолог, эксперт Института национальной стратегии Раис Сулейманов. Собеседник добавляет, что чиновники экономического блока дагестанского правительства «устали отдуваться за иллюзорные нереализуемые планы руководства республики».

Деньги в землю

Дагестан обладает значительными запасами нефти и газа — около пятисот миллионов тонн и более 800 миллиардов кубометров, но добыча углеводородов здесь постоянно падает. За девять месяцев этого года добыча нефти снизилась на 6 процентов, газа — на 13 процентов. Для того чтобы решить эту проблему, нужно привлечь крупные компании к разработке шельфа. Но как это сделать? Абдулатипов предлагает элементарный, на первый взгляд, выход из ситуации: поручить Минприроды ускорить проведение аукционов с учетом интересов и возможностей Республики Дагестан. «Упрекая Минприроды в нерасторопности, Абдулатипов упускает из вида тот факт, что просто так ведомство не имеет права ускорить раздачу месторождений — распределение лицензий зависит от нужд бюджета в дополнительных доходах от продажи нефти», — пояснил «Ленте.ру эксперт Центра политического анализа Андрей Тихонов. — Если таковые имеются и есть потребность поддерживать добычу, Минприроды активизирует раздачу лицензий, а если нет — сворачивает, как это уже произошло с шельфовыми месторождениями в Арктике». Абдулатипов отмечает, что планы по освоению шельфа в Дагестане имеются у «Роснефти», но компания практически отказалась от геологоразведочного бурения, ссылаясь на нехватку собственных средств. В связи с этим чиновник просит Путина обязать «Роснефть» принять программу инвестирования, в том числе в освоение месторождений на шельфе Каспия. «Вероятно, господин Абдулатипов не знаком с ситуацией на сырьевом рынке: при нынешней цене на нефть разработка шельфовых месторождений нерентабельна», — прокомментировал это предложение Андрей Тихонов.

Пятилетку — за месяц

Сырьевому сектору Абдулатипов в своем письме уделяет особое внимание, указывая, в частности, что недостаточно просто наращивать добычу углеводородов в регионе. Нефть выгоднее продавать переработанной, а для этого в Дагестане есть новый НПЗ — «Дагнотех». Однако уже построенное предприятие, расположенное на территории терминала «Дагнефтепродукта», мощностью миллион тонн в год никак не может начать работу. Но виноваты, по мнению главы региона, не строители, а надзорные органы. «Ввод в эксплуатацию не представляется возможным в связи с неоднократными и не всегда обоснованными замечаниями Ростехнадзора», — пишет он. И просит заставить ведомство «ускорить выдачу заключения для получения лицензии на осуществление работы». Ущерб от запрета на ввод объекта Абдулатипов оценивает в 500 миллионов рублей ежегодно, их местный бюджет недополучает в виде налогов. «Претензии Ростехнадзора — обоснованы. «Дагнотех» решил поставить на свой новый НПЗ отнюдь не новые китайские установки переработки нефти, а отслужившие свое машины, вероятно, купленные за копейки, без необходимых сертификатов на эксплуатацию», — прокомментировал «Ленте.ру» Андрей Тихонов. Он добавил, что удивление Ростехнадзора вызвали сроки строительства предприятия, которое, согласно представленным документам, соорудили всего за один месяц. Обычно на постройку НПЗ такой мощности уходит от трех до пяти лет. Впрочем, по неофициальным данным, построенный за невероятно короткий срок завод уже успешно работает и без всяких разрешений Ростехнадзора. Более того, «Дагнефтепродукт», на территории которого расположен НПЗ, неоднократно фигурировал в историях о краже нефти. Сырье начало пропадать в махачкалинском порту еще несколько лет назад. По данным «Транснефти», потери составляли в среднем 0,2 процента. Но в первом квартале 2016 года они резко выросли до 1,4 процента от общего объема прокачки. Тогда в «Транснефти» информировали, что ситуация в порту Махачкалы привела к снижению объемов транспортируемой нефти по маршруту Махачкала — Новороссийск. Основной клиент терминала «Лукойла» с 2013 года снизил количество отгружаемой нефти через махачкалинский порт вдвое, перенаправив эти объемы в нефтепровод Баку — Тбилиси — Джейхан (БТД). О готовности приостановить отгрузку нефти через Махачкалу летом этого года заявляли и туркменские производители. По данным газеты «Версия», хищение нефти происходит по следующей несложной схеме: за гонорар сотрудники инспекционных компаний оставляют открытыми задвижки на трубопроводах, по которым часть нефти уходит на «Дагнотех» для переработки. Бензин и дизель с НПЗ бензовозами доставляют на автозаправки Дагестана. Как отмечает издание, уличить менеджмент «Дагнефтепродукта» в воровстве практически невозможно, поскольку на территорию нефтебазы не пускают даже представителей «Транснефти». История с хищениями нефти привела к тому, что уставшая бороться с воровством «Транснефть» ищет пути минимизировать свое присутствие в Махачкале. Так, компания изменила требования к принимаемой в свою систему трубопроводов казахстанской нефти. В результате Махачкалинский морской торговый порт (ММТП) может полностью прекратить перевалку казахстанской нефти, а «КазТрансОйл» — переориентироваться на порты Ирана и Азербайджана. В самом худшем случае без работы могут остаться две тысячи человек, задействованных в сфере транспортировки и перекачки нефти в Махачкале.

СПГ не зажигает

В письме президенту Абдулатипов замечает, что, помимо переработки нефти, в республике неплохо бы создать мощности для сжижения природного газа (СПГ) для дальнейшей транспортировки его по морю. Глава республики утверждает, что проектом заинтересовалось дочернее предприятие «Газпрома» и просит поручить газовому гиганту разработать инвестпроекты СПГ. Однако эксперты не видят в этом экономического смысла. «Если речь идет об экспорте, то экспортировать СПГ, по большому счету, некуда — все прикаспийские страны являются крупными газодобытчиками. Если же говорить о продаже СПГ внутри региона, то кто может дать гарантию, что компаниям-производителям за этот газ заплатят?» — сказал Андрей Тихонов. Между тем республика пока не может рассчитаться с «Газпромом» за поставки голубого топлива. С сентября 2013 года, когда Абдулатипов занял пост главы республики, по июнь 2016 года долги перед транспортной «дочкой» госкомпании выросли с 19 до 33 миллиардов рублей. Во всем виновато администрирование, полагает чиновник. И поясняет, что в 2007 году полномочия по сбору средств были переданы компании «Газпром Межрегионгаз Пятигорск», с тех пор долги выросли в восемь раз. Решить проблему неплатежей за газ можно, если снять с дагестанской «внучки» «Газпрома» обязанности считать чеки в республике, считает Абдулатипов. Вместо этого, по его мнению, нужно создать новую региональную структуру, напрямую подчиненную госмонополии. Аналогичным образом можно решить проблему долгов за электричество.

Спорт обогнал ЖКХ

Вместе с тем, по данным Счетной палаты (СП) России, в 2015 году республиканские власти неэффективно вложили порядка 1,1 миллиарда рублей. Тотальное недофинансирование многих статей расходов привело к тому, что в республике который год не может начать работу дербентский бизнес-инкубатор. Из всех госпрограмм в республике в прошлом году на 100 процентов были профинансированы лишь несколько, включая развитие физкультуры и спорта. Недофинансирование по таким статьям, как «Национальная экономика», ЖКХ и здравоохранение составило 2,6 миллиарда, 1,5 миллиарда и 1,3 миллиарда рублей соответственно. При этом нецелевое использование средств стало причиной вспышки кишечной инфекции в Махачкале. В больницы попали около 400 человек, из них порядка 300 — дети. По данным СП, реконструкция водоканала велась с многочисленными нарушениями, при этом не менее 35 миллионов рублей, выделенных на эти цели, были использованы нецелевым образом. В Счетной палате также обратили внимание, что из-за недофинансирования программы жилищного строительства в прошлом году без обещанных квартир остались некоторые ветераны Великой Отечественной войны и дети-сироты. Вероятно, письмо Владимиру Путину от главы Дагестана — не что иное, как крик вопиющего в пустыне, который сам себя в эту пустыню и завел. Причем судьба его уже практически решена: «По информации различных источников в правительстве региона, Рамазан Абдулатипов уже просил президента о возможности «вернуться на дипломатическую службу», например, в качестве его спецпредставителя по связям с исламскими странами. Подальше от Дагестана», — резюмировал Раис Сулейманов. Lenta.ru