В Дагестане всплеск террора в 14 раз! Реальность или лукавство статистики?

За 2016 год в Дагестане было совершено 907 преступлений террористической направленности, что практически в 14 раз превышает число подобных правонарушений в 2010 году и на 43% превышает показатели за 2015 год, приводит Портал правовой статистики. При этом Дагестан вернул себе печальное лидерство в данном аспекте.

Существует мнение, что рост преступлений в первую очередь связан с поэтапным ужесточением антиэкстремисткого законодательства РФ, венцом которого стало принятие т.н. «пакета Яровой».

Так, в беседе с РИА «Дербент» замглавного редактора «Черновика» Магомед Магомедов напомнил, что в УК РФ порядка двух десятков статей, которые объединяются понятием «преступления террористической направленности» или «террористические преступления». Среди них пособничество, организация НВФ, несообщение о преступлении террористического характера и пр.

«То, что по выявленным преступлениям террористического характера, а также выявленным лицам, совершившим такие преступления мы в лидерах, на фоне на самом деле редких террористических актов и посягательств на жизнь сотрудников правоохранительных органов, пока ни о чём не говорит», - считает эксперт.

Нет статистики по видам выявленных преступлений

Он также отметил, что нигде нет статистики по видам выявленных преступлений террористического характера. «Тогда можно было бы сказать более-менее точно, на сколько в Дагестане всё плохо (или не плохо) обстоит ситуация с терроризмом», - пояснил эксперт.

По его словам, не следует делать выводы о ситуации в Дагестане или ещё где-то по общей статистике преступлений. «К примеру, по зарегистрированным преступлениям экстремистского характера и выявленным экстремистам в лидерах Москва, Московская область, Санкт-Петербург и Ленинградская область. Вполне может быть, что основная масса зарегистрированных террористических преступлений в Дагестане – это регистрация призывов и пропаганды террористами в социальных сетях, а также массовое задержание силовиками лиц, объявляемых пособниками или организаторами НВФ. Если это так, то эти данные статистики – 907 преступлений террористического характера – не более, чем перегибы силовиков на местах», - заявил Магомедов.

На всё горазды в погоне за статистикой

В этой статистике ничего удивительного нет, поскольку ужесточение антиэкстремисткого законодательства идет уже несколько лет, считает спецкорр «Кавказского узла» Магомед Туаев.

«В 2013 году в статью 205 УК РФ был введен пункт 5, который правозащитники назвали наказанием за мыслепреступление, т.е. к терроризму приравнивалось инакомыслие, и под эту статью попало очень много молодых практикующих мусульман, просто за какую-то критику действий представителей государственной власти», - пояснил собеседник РИА «Дербент».

Также он отметил, что в 2015-16 годы многим были предъявлены обвинения «якобы за участие в боевых действиях на территории Сирии», причем, как подчеркнул эксперт, «обвинения эти носили конвейерный характер». В частности, он заметил, что людям достаточно было переехать на постоянное место жительство в Турцию, как в отношении них автоматически возбуждались уголовные дела, обвиняли их в участии в иностранных НВФ.

«К сожалению, наши силовые структуры на все горазды в погоне за статистикой. Чего удивляться, если в отношении человека, который других обучает практике йоги, возбуждают уголовное дело, согласно новому закону Яровой, за миссионерскую деятельность и обвиняют его в экстремизме. Или когда девушку, написавшую у себя на Facebook о том, что мусульмане не должны праздновать Новый год, обвинили по статье 282 как экстремистку», - рассказал собеседник РИА «Дербент».

По словам Туаева, основной фактор роста количества преступлений экстремистско-террористической направленности в Дагестане связан именно с обвинением в участии НФВ в Сирии. «По моей информации, в КБР возбуждено около 400 аналогичных дел, в КЧР – около 200. Люди спокойно живут-работают, например, в Турции, а следствие считает, что они находятся в этот момент в Сирии и там учатся диверсионной деятельности. Причем, все эти дела написаны как под копирку. С этим и связан рост статистики преступлений», - заключил эксперт.

Манипуляция со статистикой

Определенный вклад в эту статистику вносит расширение понятий «экстремизм» и «терроризм», «если раньше что-то не считалось преступным, то сейчас этому придают состав преступления «по линии 282 и по линии 205», соответственно растет сама статистика», сказал РИА «Дербент» журналист Орхан Джемаль.

Однако, по его мнению, влияние данного фактора на статистику не является кардинальным. В то же самое время, по словам эксперта, самое важное в этом изменении цифр – это манипуляция со статистикой, отметив, что это проводится не впервые, и делается не так уж сложно.

«Например, в «нулевых», когда дагестанское руководство заставляли отчитываться об эффективности борьбы с терроризмом, неожиданно Махачкала заявила, что у них в энное количество раз снизилось число террористических преступлений. Когда стали разбираться с тем, как посреди гражданской войны могло произойти такое снижение, выяснилась закономерность: насколько меньше стали возбуждаться уголовные дела по статье 205 – настолько больше стали возбуждать по статье 319, т.е. о посягательстве на жизнь сотрудников правоохранителей. Т.е. это просто манипуляция со статистикой», - пояснил собеседник.

Раскрутить важность Росгвардии

По словам Джемаля, на фоне необходимости раскручивать важность Росгвардии публикации подобного рода статистических данных являются в первую очередь подготовкой фронта работы для этой структуры.

«Говоря о фактической стороне дела, а именно о том, действительно ли в 2010 году терактов было меньше, не надо забывать, что в 2010 году дагестанцы совершали теракты в Москве, до 2010 года включительно в полный рост «гулял» Магомедали Вагабов, в 2011 году убили Гаруна Курбанова. Т.е. шел лютый террор, который на фоне нынешней ситуации кажется штормом. Поэтому, конечно, публикации о том, что много кошмара, как много нужно бороться, это в первую очередь манипуляция со статистическими данными в пользу каких-либо ведомств. Я предполагаю, что Росгвардии», - отметил собеседник РИА «Дербент».

При этом, как подчеркнул Джемаль, существует и процедурная сторона вопроса, связанная с тем, что в статистику добавляются то, что в 2010-м преступлением и вовсе не считалось. «Что касается фактической стороны вопроса, действительно ли этого стало больше в 2017 году, чем было в 2014, то ответ очевиден - нет», - заявил эксперт.

Мурад Шихахмедов