НОВОСТЬ
Азербайджанские корешки
За несколько месяцев до выборов в Дагестане разворачиваются процессы, могущие серьёзно перекроить не только сферы влияния, но и взаимоотношения между правящими группами. Каталитический выхлоп, по всей видимости, следует ожидать от одного из основных ресурсов влияния – земли, а главной ареной столкновений – крайне турбулентный в последнее время Южный Дагестан.
Руководство Дагестана серьёзно озабочено земельной темой. Оно и понятно, всё, что красиво пишется в отчётах и докладах, в стельку разбивается о реальный сектор. А он таков, что больше поло вины сельскохозяйственных угодий республики элементарно не используется либо используется не по назначению. Абсолютное большинство сельхозпредприятий с государственным участием (ГУПы, СПК) обобраны до нитки местными чиновниками, которые в сговоре с республиканскими продолжают паразитировать на бюджете, выкачивая миллионы у того же государства. А Москва, ясно как день, требует реальный результат. Но республиканский центр, судя по всему, пока находится в поисках собственных дивидендов…
Гончие и охотничьи
19 марта в Дербенте состоялся третий форум земледельцев Дагестана, где, помимо прочего, остро встал вопрос о неиспользуемых землях в разных районах республики. Как рассказывают наши источники, когда речь зашла о Табасаранском районе, глава РД Рамазан Абдулатипов настолько вышел из себя, что, убедившись в присутствии в зале главы МО Алаудина Мирзабалаева, попытался получить от него ответ на свой вопрос, однако то ли не расслышал, то ли был неудовлетворён, что нервно бросил, оглядываясь на соседей: «Что он там гавкает?» Вспоминая, как во время летнего прямого эфира на площадке Нарын-Калы Абдулатипов назвал дагестанских министров «охотничьими собаками», допускаем, что на этот раз он мог сделать вывод, что главы муниципальных образований способны гавкать. Впрочем, ключевыми и судьболомкими стали другие слова главы Дагестана. Он открыто выразил неудовлетворение работой министерства по управлению государственным имуществом республики, которое в ближайшее время обещал реорганизовать. Это означает, что министру Ханлару Пашабекову скоро как минимум не быть министром, и он рискует быть «съеденным» по той же причине, по которой «съели» и трёх его предшественников – Марата Ильясова, Зейдуллу Юзбекова и Имрана Гусейнова. По сути, каждого из них Белый дом бросал в топку с жёсткой установкой, решить вопрос с реорганизацией ГУПов, согласно которому изрядная часть плодородных земель, в частности Каякентского и Дербентского районов, закреплялась за республикой. Справедливо восприняв это как попытку вывода наиболее ценных участков с последующей передачей (продажей) латифундистам, местное население каждый раз вставало на дыбы. Это, в свою очередь, воспринималось центром как слабость министров, и те либо, хлопнув дверью, уходили сами (как Ильясов), либо ждали, пока укажут на дверь. По-видимому, Пашабекова ожидает подобная судьба, хотя изначально было понятно, что его назначение – это больше результат промежуточных кадровых договорённостей, поскольку ранее его кандидатура рассматривалась как одна из наиболее вероятных на пост главы администрации Дербента. Однако на это кресло тогда сел другой «ожидающий пассажир», Азади Рагимов, который видел себя только в ранге первого лица Дербента взамен кресла министра юстиции. Но к его беде, в соседнем вагоне оказался ещё один транзитник, Малик Баглиев, у которого «забрали» Минсоцтруда и оперативно переместили в Дербент. Расстроенного вконец Рагимова вернули в Белый дом, а должность главы администрации Дербента упразднили, сконцентрировав всю власть у Баглиева. Разумеется, интерес к городу остыл и у Пашабекова. Но к нему могли быть и другие претензии. Не секрет, что Рамазан Абдулатипов делал попытки наделить себя полномочиями по распоряжению земельными ресурсами, включая и отгонные пастбища. Однако несколько локальных акций протеста кумыкских джамаатов, считающих земли отгонного животноводства ареалом своего исконного проживания, к тому же утратившими целевое значение, вынудили руководство РД заморозить вопрос. Впрочем, по данным «Черновика», Абдулатипов намерен реанимировать его, для чего ожидает результатов выборов в парламент. По нашим сведениям, его команда активно работает по подбору кандидатов в депутаты от кумыков, которые затем будут сами инициировать вопрос по наделению главы Дагестана полномочиями единоличного распределителя земель. (О том, кто эти кандидаты, мы поговорим в одном из ближайших номеров.) Впрочем, конфликт может разразиться и на бытовой почве. Согласно информации «ЧК», с этого года основные перерабатывающие комбинаты Юждага, Дербентский коньячный завод и Дербентский завод игристых вин (ДЗИВ), блокируют приём винограда от местных производителей, как частных, так и государственных. Основная причина – наличие собственных виноградников, способных полностью покрывать мощности. Напомним, в период жёсткого противостояния Белого дома с Курбаном Курбановым из-под контроля муниципалитета были выведены наиболее ценные виноградники. К примеру, ДЗИВ отошли более 900 га в Геджухе, свыше 600 га в Мугарты, а также около 1500 га в Табасаранском районе. Руководство завода игристых вин вложило в них порядка 2 млрд рублей, включая и наладку капельного орошения. На этом фоне, как сообщают наши информаторы, продолжаются попытки давления на действующих руководителей виноградарческих предприятий Дербентского района посредством их вызова на разговор к главе МО Магомеду Джелилову, который требует от них форсировать приватизацию местных ГУПов и МУПов. Не исключено, что зажатые в тиски директора предприятий в итоге могут сдаться, и несложно понять, кто здесь станет главным выгодоприобретателем. Примечательно, что в период массового развала ГУПов по всей республике предприятия Дербентского района отличались не только большей стабильностью, но и развитием. Виноградники района только-только приходят в себя после серьёзных убийственных для солнечной ягоды морозов 2012 года, и в этом году ожидается заметное повышение урожая. Но куда его девать в условиях вышеназванного эмбарго, непонятно. Единственным выходом может служить Кизлярский коньячный завод, который запустил в Каякентском районе пункт приёма винограда, однако доходы могут не покрыть издержки.
«Без Курбанова!»
На форуме земледельцев не обошлось и без политики. Участники заговорили о предстоящих выборах в Народное собрание РД, и Абдулатипов попытался прозондировать предпочтения местного электората, спросив, кто является действующим депутатом. Ему был дан ответ, что Нариман Курбанов. Глава республики тут же произнёс: «Курбановы здесь уже не будут…», тем самым не только продемонстрировав, что наносит решающий удар по этой семье (ранее под прямым давлением Абдулатипова были отстранены от должностей глава Дербентского района Курбан Курбанов и его брат Магомед Курбанов – постпред Дагестана в Азербайджане), но и заложив фундамент для нового потенциального конфликта внутри республики, поскольку Нариман Курбанов является племянником не только столь немилого для Абдулатипова экс-главы Дербентского района, но и фактически собственной правой руки – спикера НС РД Хизри Шихсаидова. Более чем очевидно, что это может ещё больше навредить личному взаимодействию Абдулатипова с азербайджанской стороной. Впрочем, они, видимо, уже не гладкие. Особо удручающее впечатление у главы республики оставила его поездка на Европейские игры в Баку летом прошлого года. Говорят, ему очень не понравилось, как был организован приём, да так, что он в ярости позвонил депутату Государственной думы Зауру Аскендерову, чей брат Марат Аскендеров является постоянным представителем Дагестана в Азербайджане, и грубо наговорил, что тот «ни черта не умеет работать». Скорее всего, Абдулатипов был прекрасно осведомлён о том, какой приём в соседнем государстве был организован его предшественнику Магомедсаламу Магомедову. Ему во время пребывания в АР, по нашим данным, был предоставлен кортеж из элитных автомобилей, выделена охрана-сопровождение из числа сотрудников местного ФСО, а проживал Магомедов в самом дорогом бакинском отеле. На фоне такой встречи размещение Абдулатипова хоть и в правительственном, но в старо-советском отеле и прохладно-сдержанный приём, конечно, выглядит как недостойное отношение, почему он и поругал за плохие организаторские способности постпреда. Однако проблема была далеко не в этом. Надо понимать, что столь высокий приём Магомедсаламу Магомедову был возможен только благодаря Курбану Курбанову, у которого авторитет и влияние в Азербайджане тесно переплетены с президентом Ильхамом Алиевым. Впрочем, не исключено, что у соседнего государства имеются куда более практические претензии к руководству Дагестана.